02:21 

Крис Аивер

Heavy Rain
"Yes, Virginia."
давайте я вам в глубокой ночи прекрасной Крисеньки запощу.

*
Странно, что больше никто не боится осени —
Вроде бы, если поздно, подбросит частник.
В сделках с собой почти неуместна совесть и
Я повторяю: это большое счастье.

Счастье смотреть и видеть, дышать, ругаться,
Освобождать из мешков золотые листья.
Думать о смерти, как о небесном плаце.
Думать, таким бойцом хорошо гордиться.

Осень пройдет. Город глазурью залит,
Холод выводит душу на новый левел:
Спички кончаются, девочка замерзает,
Преображаясь в снежную королеву,

Белые силуэты мелькают в окнах,
Время грунтует холст, выбирает ракурс...

Я, как последний трус, собираю по крохам
Свой ненаглядный, свой умирающий август.

Быть храбрецом значит устать бояться.
Знать, с чем бороться. Уметь разделить и вычесть.
Грея ладони, я становлюсь у кассы.

Помня, как быстро закончится всё, что после,
Я покупаю спички.

*
Просыпайся без четверти десять. Вставай, смотри,
Как уходят из глаз обрывки дурного сна.
Нынче твой ещё не рожденный будущий крик
Переводят взрывом в машинописный знак,

Фонтанирует страх, ты чувствуешь лёгкий люфт.
В голове замыкает единственно нужный контакт:
Подбирай себя из-под полога пыльных люстр,
Это - шанс оправдаться, тревога по всем постам.

Так
Бывший смертник сжимает сбитый с шеи замок.
Так
Песочный замок спасают от хищных волн.
Просыпайся. Ты видишь, рушится потолок.
Улыбается бог. Выходи к нему на балкон.

*
Просто повод задуматься: бродишь себе и пишешь,
Подмечаешь всякую трогательную небыль,
А в соседнем доме, где-то под низкой крышей,
Есть с десяток таких же. Дышат, тревожат небо.

Это просто задачка - пересчитай, сколько
Удивительных встретишь, пока добредёшь к бару.
Вещий голос разбит в миллион саднящих осколков,
Разноцветных бликов, капель большого дара.

Почему ты остался один посреди зовущих?
Почему ты отдельно от всей этой коммуналки?
Почему тебя слышно в грозу, почему ты лучше
Прочих передаешь пульсирующий сигнал?

По дороге в аптеку, в киоск, на пустом перроне,
Захлебнувшись от горя, в забеге по съёмным квартирам,
Прожигая себя алкоголем, в поту и в коме -

Если Бог однажды услышал тебя и понял,
Одного из толпы, услышал тебя и понял -

Никогда, пожалуйста, не прерывай эфира.

*
Рассказать или нет - результат все равно один:
В ледяное зеркало хрипло смеётся Кай.
Раскуси меня, говорит, разбери, раскай,
Я устал. Я похож на сотни таких же льдин.

Герда дремлет, свернувшись в питерской два-на-два,
Обнимая худые колени. Молчит и ждёт.
Так под утро его звенящая голова,
Обливаясь стихами, тычется ей в живот,

Так приходит рассвет, нелюдим и холоднорук,
Соловьи запевают хрупкое дореми.
Так вздыхает трамвай, вставая на новый круг,
Переполненный непроснувшимися людьми,

Так на самом зеркальном дне ничего совсем,
Только эхо выстрелов, капли свечной слезы.
Кай шагает с кровати в пасть городской попсе,
Проезжает насквозь метро пылевую зыбь.

Герда ждёт его дома, пристальный врач-хирург,
Невозможный синтез терпения и тепла.

И холодная ночь, завершая трамвайный круг,
Ледяную Неву пополам разбивает вплавь.

*
Солнце над городом - больше моей ладошки.
Левый сандалик станет пиратской шхуной.
Осенью пахнет листьями и тархуном
И ничего на свете не нужно больше.

Левый сандалик плавает в синей луже,
Мама листает сонник и пьет кофе.
В сказах Бажова дети похожи в профиль
На белокурых Лелей с маминых кружек,

Вечер - длиннее жизни. И, в общем, хватит
Пары часов на сказку, простуду, сон.
В левом сандалике гордо плывет солдатик,
Синим зрачком таращится в горизонт.

Кружатся тени, бесы дудят в свирели,
Мама прикрыла сонник прозрачной шалью:
Мы ни за что в мире не постареем.
Мы никогда друг другу не помешаем.

Лунный фонарщик звезды включает ярче.
Ветер запутал волосы на затылке,
Через две улицы, рыжий смешливый мальчик
С берега в воду пускает письмо в бутылке,

Пашке из третьей квартиры исполнилось восемь.
Солнце зашло, месяц - как долька груши:
Левый сандалик увозит солдата в осень,
Призраки улыбаются мне из лужи,

Сонник уютно дремлет под теплой шалью.
В сумке - тетрадки, мелки, пирожок-конвертик.

Завтра мне будет шесть. Я уже большая
И не боюсь соседей, собак и смерти.

*
Всё со временем проще, вроде партии в карты:
Так из "Как дела" друзья вырастают в "Как ты",
Никому не звонят - приелся спокойный голос,
Сухие факты.

Отпивая из общей лужи, лица не морщи:
Это ты превращаешь дружбу в святые мощи,
Улыбаешься, подправляешь большую повесть,
Считаешь общей.

Вряд ли кто-то просил уюта взамен объятий:
С каждым днём все лживей привычка не докучать им.
Подсчитай в ладошке - кто ты в конечном счёте?
На два пива хватит?

Нужно быть бесконечно храбрым, рыдая в трубку.
Приволакиваясь по косточкам к лучшему другу.
Хватит прятаться мятой пачкой последних сотен,

Попытайся еще раз.

Сожми руку.

*
а ещё она поёт здорово. надеюсь, не офтопик.



люблю её, короче.

@темы: видео, Крис Аивер, современная русская поэзия

Комментарии
2014-12-14 в 16:31 

Рррр
Heavy Rain, люблю её, короче.
я теперь тоже. спасибо.

2014-12-14 в 16:39 

Heavy Rain
"Yes, Virginia."
Рррр, пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста.
она их ещё и читает так, что не противно. а то я не очень люблю, когда авторы стихи читают.
и вообще.

2014-12-14 в 16:42 

Рррр
Heavy Rain, =) здорово
я пока даже песню не стала слушать. прочитала и перевариваю. но сразу поняла, что круть, и буду дальше читать-слушать-смотреть.

2014-12-14 в 16:44 

Heavy Rain
"Yes, Virginia."
Рррр, главное - сразу не переесть. а то я отваливаюсь периодически, усталым от сытости и долго не возвращаюсь, а потом снова прихожу и думаю: божечки мои, как же круто, вот оно, моё спасение года. ))) ну, в некотором роде.
так что, очень рад, что понравилось.

2014-12-14 в 16:49 

Рррр
Heavy Rain, да, так тоже бывает. но это тоже хорошо)
сейчас переесть вряд ли получится, совсем нет времени. так что буду отщипывать по кусочкам и радоваться долго-долго...

Комментирование для вас недоступно.
Для того, чтобы получить возможность комментировать, авторизуйтесь:
 
РегистрацияЗабыли пароль?

поэзия - та же добыча радия...

главная